Zerrspiegel [ Search ] [ Index ] [ Edit ] [ About ]

Следственное дело о неподчинении полицейскому приставу

Description

ЦГИААР

Ф. 183

Оп. 1

Д. 2970

Язык: русский

Тип источника: судебный документ

Categories

Администрация Али Курбан оглы Армяно-григорианин Вели Мамед оглы Военное дело Восточные слова Всадник Гасан-бек Сафикюрдский Геранбой-Ахмедлы (село) Гусейн Аскер оглы Дадаш Мамед оглы Джувар Зиятханов Ибрагим Ганлы Исмаил оглы Искандер-бек Адигезалов Каменщик Кинжал Конфессиональные группы Кочевник Красовский Магеррам Кязим оглы Масум Кербалай Аллахверди оглы Мирзоев Александр Осипович (Сашабек) Наги Аллахверди оглы Насиб Мамед оглы Начальник Нукер Оценка Полиция Право и судопроизводство Пристав Прокурор Профессиональные группы Ружье Старшина Судья, мировой Сулейман Раджаб оглы Суннит Тюрьма Уезд Усуб Мамед оглы Фольклор Чауш Шихали Аббас оглы

Editor

Sh.M./S.R-T., MB

Text

(Л. 28-31). Выдержки из протокола от 20 июля 1890 г.

…Зовут меня Александр Осиповичем (Сашабеком) Мирзоевым, 40 лет, вероисповедания армяно-григорианского, грамотен, под судом и следствием не был. Состою полицейским Приставом Елисаветпольского Уезда. По делу о вооруженном сопротивлении, оказанном Искандер-беком Адигезаловым и другими, мне известно следующее: двадцать первого минувшего июня я послал с всадником Масимом Кербалай Аллахверди оглы приказ Геранбойскому старшине о задержании и представлении ко мне нукеров Искандер-бека Адыгезалова нухинца Магеррама Кязим оглы и Геранбой-Ахмедлинца Насиба Мамед оглы. Первый из них был нужен для производства дознания по заявлениям Гасан-бека Сафикюрдского о краже у него Магеррамом лошади и Геранбой-Ахмедлинца Нагия Аллахверди оглы – о нанесении ему Магеррамом же тяжких побоев; и второй Насиб, для производства дознаний о безвести пропавшем сарысуйце Ибрагим Ганлы Исмаил оглы, в убийстве которого Насиб подозревается. На другой день Масум Кербалай Аллахверди оглы возвратился без требуемых мною людей и представив рапорт старшины, объяснил, что получив отправленный мною с ним приказ Геранбой-Ахмедлинский старшина вместе с ним, Масумом и Гусейном Аскер оглы, пошел на двор Искандер-бека. Здесь стоял Искандер-бек и нукеры его Магеррам Кязим оглы, Насиб Мамед оглы и Али Курбан оглы, вооруженные скорострельными ружьями. Старшина объяснил Искандер-беку о причине их прихода, но Искандер-бек выругал старшину неприличными словами, сказал, что никто не сможет его людей задерживать, когда же старшина ответил, что он человек служащий и должен исполнять приказание своего Начальства, Искандер-бек рассердившись закричал: «так вы хотите, чтобы здесь было кровопролитие, так хорошо-же, ну-ка посмейте подойти к ним». После этого старшина, опасаясь столкновения, был принужден уйти, не задержав людей. Все изложенное подтвердили при расспросе как старшина, так и Гусейн Аскер оглы.

При этом в подтверждение того, что Искандер-бек, чтобы показать простому народу свою мнимую власть, старается постоянно оказывать ослушание законным требованиям власти, укажу на другой случай: дней пять спустя после изложенного сопротивления, к Искандер-беку я отправил всадников Сулеймана Раджаб оглы и Шыхалия Аббас оглы, чтобы задержать этого же Насиба, но он и на этот раз сопротивлялся им и не выдал Насиба. К вышеизложенному считаю добавить: года четыре тому назад подлежал к приводу по требованию Мирового Судьи брат Насиба Мамед оглы Усуб Мамед оглы, но уклонился от явки. Когда же Пристав послал за ним всадников, то Усуб и Насиб оказали последним вооруженное сопротивление, причем Усуб был убит на месте, а Насиб и всадник Дадаш Мамед оглы были поранены, поэтому понятно, что старшина Геранбой-Ахмедлинского общества, зная об этом, не решился после угрозы Искандер-бека подойти к Насибу, боясь чтобы тоже самое не повторилось.

Также не лишним считаю доложить, что из вышепоименованных нукеров Искандер-бека Насиб Мамед оглы обвинялся в убийстве Аббаса Ганлы Исмаил оглы, а Магеррам Кязим оглы и Али Курбан оглы обвиняются в нескольких кражах, по Мирскому Приговору Геранбой-Ахмедлинского Общества подлежат (выселению) удалению из общества, как вредные члены. Более показать ничего не имею, все показанное готов подтвердить под присягою, в чем подписываюсь. (Подпись).

(Л. 25). Выдержи из протокола от 7 июля 1890 г.

Я, Вели Мамед оглы, старшина сел.Бой-Ахмедлы, 38 лет, суннит. Судим не был, с участвующими в деле лицами в особых отношениях не состою, грамотен.

В средних числах июня сего года, не помню какого числа, по приказанию Полицейского Пристава Мирзоева я вместе с всадником Масумом Кербалай Аллахверди оглы и чаушом Гусейном Аскер оглы отправились в дом Искандера Адигезалова, чтобы провести к Приставу жит.гор. Нухи Магеррама Кязим оглы, подлежащаго к отправлению в Нуху по этапу и Бой-Ахмедлинца Насиба Мамед оглы, на которого падает обвинение в убийстве сарысуйца Ибрагима Ганлы Исмаил оглы. Во дворе Искандера мы застали вышеименованных Насиба и Магеррама, вооруженных кинжалами и ружьями «Либиди» и на предложение мое пойти к Приставу они не согласились и сказали, что если мы над ними употребим насилие, что они будут в нас стрелять. Во избежание неприятности Искандер-бек просил нас оставить в покое Насиба и Магеррама, добавил при этом, что мы не имеем права распорядиться в его доме. (…) во избежание дальнейшего столкновения мы удалились, оставив Магеррама и Насиба во дворе Искандера. Последний не грозил нам убийством и не говорил Магерраму и Насибу, чтобы они стреляли в нас, если мы силой возьмем их к Приставу, а равно я не слышал, чтобы Искандер сказал следующие слова: «а как вы хотите, чтобы здесь было кровопролитие, так хорошо же». Я назначен старшиной 4 месяца тому назад и не знаю с какого времени живут у Искандера поименованные Магеррам и Насиб. В доме Адыгезаловых я бывал часто, заставал там Пристава и видимо, между Адыгезаловыми и Пристовом были хорошие отношения, но в последнее время между ними происходило столкновение, не знаю из-за чего, и они перестали бывать друг у друга. (Подпись).

( Л. 40). Выдержки из Протокола допроса от 8 октября 1890 г.

Зовут меня Искандер Ага Адыгезалов, житель сел. Геранбой-Ахмедлы, 36 лет от роду, под судом и следствием не был, со сторонами в особенных отношениях не состою, грамотен.

Года четыре тому назад у меня работал каменщик Нухинец Магеррам Кязим оглы, который впоследствии женился и уже давно состоит общественным джуваром в нашем селении. В настоящем году Магеррам был арестован приставом Мирзоевым, как неимеющий письменного вида и отправлен в тюрьму, где и пробыл дней 20. После этого в половине июня месяца он явился ко мне и, показав конверт на имя Нухинского Уездного Начальника, рассказал, что он отдан на поруки Зиятханову и что он отправляется в Нуху, чтобы там явиться к Уездному Начальнику и получить письменный вид. Не помню в тот или же на другой день пришел ко мне во двор Магеррам в сопровождении старшины и всадника Масума и все трое подошли ко мне к балкону, где я сидел. Старшина говорил, что он должен взять Магеррама по требованию Пристава, Магеррам же пояснил, что он в течение известного срока должен явиться к Нухинскому Уездному Начальнику и поэтому просил старшину не задерживать его, так как он сам, получив вид, явится к Приставу; если же его задержат, то с поручителя может быть взыскана поручительная сумма. Старшина и всадник не настаивали, чтобы Магеррам непременно следовал за ними и после непродолжительного разговора ушли со двора, согласившись не брать Магеррама. Я в дела не вмешивался. Насиба в это время на дворе не было и ни старшина, ни всадники не упоминали о том, что им нужен Насиб. Насиб нукером у меня не служит, а лишь иногда, когда есть работа, я его вызываю в числе других поселян. Магеррам живет в селении, где у него есть семья. В день, о котором я рассказал, при Магерраме никакого оружия не было.

Подпись: Иск.Адыгезалов.

PS По этому делу было проведено подробное расследование и составлено еще несколько протоколов, где все участники в той или иной форме повторили свои показания, на основании которых было принято Постановление.

(Л. 43). Выдержки из Постановления ( 16 октября 1890 г):

«…Постановил: впредь до описания настоящего дела и проверки указанных обвиняемыми новых обстоятельств предварительным следствием от подсудимых Магеррама Кязим оглы и Насиба Мамед оглы для пресечения ими способов уклониться от следствия и суда потребовать залог в сумме 500 рублей от каждого, а до представления такового заключить их под стражу в Елисаветпольскую тюрьму, постановление же сие в копиях препроводить Г.Смотрителю Елизаветпольской Тюрьмы и Г.Участковому Товарищу Прокурора, а также объявить обвиняемым. (Подписи)».

Товарищь Прокурора также провел свое расследование, и заключение свое представил Елизаветпольскому Окружному Суду

(Л 15). Елисаветпольский Окружной Суд 29 декабря 1890 года, рассмотрев это дело, принял «Определение о прекращении следствия», «…имея в виду, что обнаруженные следствием данные не заключают в себе достаточных оснований для предания суду привлеченных к делу в качестве обвиняемых Магеррама Кязим оглы и Насиба Мамед оглы, о чем подробно изложено в письменном заключении Товарища Прокурора Г.Красовского….. следствие по настоящему делу прекратить, освободить обвиняемых от поручительства».