Zerrspiegel [ Search ] [ Index ] [ Edit ] [ About ]

В Средней Азии. (Из записок русского путешественника) - Окончание

Description

Автор: Стремоухов

Заглавие: В Средней Азии

Подзаголовок: Из записок русского путешественника. Окончание

Источник: НИВА

Год издания: 1879

Номер: 25

Страницы: 481-485, 488

Иллюстрация: Серия рисунков

Жанр: Описание поездки

http://zerrspiegel.orientphil.uni-halle.de/i142.html

http://zerrspiegel.orientphil.uni-halle.de/i143.html

http://zerrspiegel.orientphil.uni-halle.de/i144.html

http://zerrspiegel.orientphil.uni-halle.de/i145.html

Categories

Абрамов Администратор Администрация Али Аллах Андижан Армия Артиллерист Артиллерия Ассак (г.) Базар Балкыс Баррикада Бегство Битва Богомольец Бульвар Буран Буран, песчаный Бухара Бухарец Верблюд Взятие Владение Владычество, русское Военное дело Войско Восточные слова Генерал Генерал-лейтенант Генерал-майор Географические названия Герой, туркестанский Город и архитектура Гробница Грязь Губернатор Гуссейн-Бек Записка Зарабулак Зеравшан Ирджар История Ишак Капитан Караван Картина Кашгар-Даванский хребет Климат Колонна, штурмовая Конница, туркменская Крепость Нишнек Крепость Чиназ Кум Кяфир Лагерь Лошадь Магомет Маргилан Мечеть Мусульманство Начальник Область, ферганская Осада Осман-Бек Отряд, джизакский Оценка Печать Плесень Подполковник Поклонение Политика Полковник Поручик Проводник Профессиональные группы Ракета Религия Ружье Русский Сад Самарканд Святыня, мусульманская Соломон Средне-азиатец Средняя Азия Степь, бухарская Стихийные бедствия Сыр-Дарья Татарин Ташкент Ташкентец Торговец Транспорт Туземец Управление Ургут Уч Фанатизм Фатима Фауна Фергана Флора Фольклор Ханство, коканское Характер Ходжи-Бек Черняев Чунан-Ата Шахимарданская долина Штабс-капитан Штурм Шукур-Бек Эмир, бухарский Этнические и племенные группы Яны-Курган

Editor

MB

Text

В Средней Азии. (Из записок русского путешественника).

Окончание.

Н. Стремоухов.

Александр Константинович [Абрамов] был одним из самых деятельных участников водворения русского владычества в Средней Азии. Неустанно, в течении семнадцати лет трудился он над утверждением и дальнейшим распространением нашего влияния во вновь приобретенных владениях; и теперь он продолжает с тем же умением и усердием, - нужно прибавить и с большим успехом, - стремиться к той же цели.

В 1862 году, во время осады Коканской крепости Нишнек, впервые произносится имя Александра Константиновича: 14 октября под управлением поручика Сибирской пешей батарейной батареи Абрамова, пускались в крепость навесные ракеты.

... нашему туркестанскому герою...

... получает отдельные поручения, которые и исполняет с блестящим успехом. Предводительствуя маленьким отрядом, при двух конных орудиях, он обезоруживает крепость Чиназ, успокаивает ее жителей и уничтожает переправу на р. Сыр-Дарье. Вслед за этим, командуя штурмовою колонною, Штабс-Капитан Абрамов оказывает Генералу Черняеву деятельное содействие при взятии города Ташкента. Овладевая одним барбетом за другим, уничтожая баррикаду за баррикадой, заклепывая орудия и обращая в бегство отчаянно защищавшихся Ташкентцев, Абрамов победоносно врывается в город.

В следующем 1866 году, в мае месяце происходило известное сражение на урочище Ирджаре. Во главе небольшой колонны капитан Абрамов с необыкновенным хладнокровием и искусством производит наступление; ни учащенный артиллерийский и ружейный огонь неприятеля, ни его завалы, не могли помешать стройному движению штурмовой колонны. Все делалось как на ученье. Через какие-нибудь полчаса, наша пехота уже была на завалах и билась с бухарскими артиллеристами, а наша артиллерия была уже впереди завалов и картечью поражала новые массы, пытавшиеся остановить наступавших.

В 1867 году, в чине подполковника, Абрамов командует Джизакским отрядом, под Яны-Курганом обращает в бегство в несколько десятков раз сильнейшую туркменскую конницу и с незначительными силами принуждает к поспешному отступлению Бухарского начальника Шукур-Бека, имевшего по крайней мере двадцать тысяч войска. Затем в продолжении всей нашей войны с Бухарски Эмиром, Саид-Музаффар-Богадур-Ханом, произведенный в полковники, находясь во главе передового отряда, то неутомимо тревожит неприятеля, то усмиряет непокорных, то преследует шайки грабителей, вторгавшиеся во вновь покоренные нами страны, и в то же время безостановочно подвигается вперед, вслед за отступавшим Эмиром.

В 1868 году пал древнейший и знаменитый город Средней Азии, гордый своею историческою славою, центр мусульманства – Самарканд. Утром 1 мая, в виду бухарского лагеря показались русские колонны, готовые атаковать неприступную позицию, на которой укрепились бухарцы. Перед ними был разлившийся быстрый Зарявшан, почти непроходимый весною; за рекою поднимались крутые склоны Чунан-Ата, покрытые густыми массами неприятеля. Но несмотря на неприступность позиции, высоты Чунан-Ата были взяты штурмом; расстроенный неприятель бежал и Самаркандские жители, не впустив к себе разбитых бухарцев, отворили городские ворота нашим храбрым войскам. Успешному окончанию этого боя более всего содействовал полковник Абрамов, командовавший передовою линиею.

Насколько дорожат средне-азиатцы Самаркандом, заключающим в себе много мусульманских святынь, можно судить из слов, произнесенных со слезами на глазах самим Эмиром. Получив известие о поражении своей армии и о потере Самарканда, Музаффар воскликнул: “Лучше бы Аллах лишил меня жизни!”

12-го мая того же года после упорного боя в садах и на улицах города Ургута, А.К. уничтожает армию Гуссейн-Бека и овладевает крепостью, до того времени считавшеюся неприступною. А 2 июня полковник принимает деятельное участие в битве на Зарыбулакских высотах, где 6 тысяч пехоты, при 14 легких орудиях и 15 тысяч конницы под начальством Ходжи-Бека и Осман-Бека не выдержали дружного натиска наших войск и были рассеяны в разные стороны.

По заключении 23 июня 1868 года мира с Бухарою, А.К. Абрамов, в чине Генерал-майора, был назначен начальником Зарявшанского округа.

Не легко было вводить благоустройство, новые порядки в самом крайнем уголек наших средне-азиатских владений, среди фанатического и враждебно к нам расположенного населения, вблизи одного из самых сильных независимых ханств. Новое управление пришлось вводить тотчас же по окончании военных действий, когда умы не успели еще успокоиться, когда малейшая ошибка могла повести за собою самые пагубные последствия.

Ласковым обращением, постоянно ровною справедливостью А.К. скоро заслужил расположение туземцев. Последние не могли не заметить разницы между беспорядочным жестоким произволом своих прежних повелителей и в высшей степени гуманным правлением кяфира. Резкий переход от страха за жизнь и имущество к полнейшей безопасности был причиною того, что фанатическое население забыло свою ненависть к завоевателям и искренно полюбило нового своего губернатора. В этом мне пришлось убедиться на деле во время моего пребывания в Самарканде. Я сам видел с какою охотою шли туземцы к генералу Абрамову, с какою уверенностью в его правый суд стекались они к нему для решения разных споров. В несколько лет богатый Зарявшанский округ принял совершенно другой вид; он вырвался из-под ига азиатского застоя и зажил новою, спокойною и счастливою жизнью. Теперь и не узнать города Самарканда; на нем более всего отразилось благотворное влияние нового управления: понемногу кривые закоулки заменяются прямыми, широким улицами и тенистыми бульварами, число правильных и прочных построек с каждым годом увеличивается, большие базары освобождаются от плесени и грязи, которые в них царствовали прежде и т.д.

С неменьшим успехом действовал А.К. как политик. Основательно изучив характер средне-азиатцев, он сумел укрепить наши отношения к Бухарскому Эмиру. Вероломный Саид-Музаффар, испытав во многих случаях твердость генерала Абрамова, принужден был отказаться от прежнего образа действий; он понял, что с новым соседом шутить нельзя и что противоречить ему опасно. Присмирел грозный повелитель Бухары, почувствовав строгую руку русских, и покорно принялся исполнять требования их представителя на Зарявшане.

Я никогда не забуду первого моего свидания с Музаффаром; первыми его словами были: “как поживает генерал Абрамов? по прежнему ли он к нам благосклонен?” Когда же я стал спрашивать его мнения по многим вопросам, оставшимся неразрешенными, то Эмир ответил: “во всем я совершенно согласен с генералом Абрамовым”.

Ныне деятельность А.К. перенесена в другую часть наших средне-азиатских владений. Недавно завоевано ханство Коканское и обращено в Ферганскую область. Понадобился опытный администратор – и выбор пал на генерал-майора Абрамова, вскоре произведенного в генерал-лейтенанты. Введя благоустройство в одном крае, генерал Абрамов приступил теперь ко введению правильного управления в другом; - без сомнения ему удастся довести это дело до конца и в Фергане также, как на Зарявшане.

Между городам Ассаке и Андиджаном, на большом пространстве тянется равнина, всплошную покрытая мелким, белым песком; не говоря уже о деревьях – ни кусточка, ни травки не видать в этой безводной степи. В особенности летом труден переход через нее... (рис. 4). Переезд из Ассаке в Андиджан сильно напоминает Бухарские степи, с тою только разницею, что в последних мне пришлось испытать сильнейший песчаный буран, - что гораздо хуже наших снежных метелей, тогда как переезд через коканские кумы совершился весьма благополучно. Степь предстала предо мною, это громадное песчаное море.

Дороги положительно не видно; - наш проводник находил ее по оттиснувшимся на песке следам лошадей, ишаков, верблюдов и людей.

– Теперь, когда тихо, дорогу еще не трудно найти, заговорил со мною один из моих спутников, татарин-торговец, а когда ветер – все эти следы заметаются.

– Как же находят тогда дорогу? спросил я.

– Не знаю как вам объяснить... и татарин широко развел руками.

Это секрет туземцев. Удивительнее всего – они редко сбиваются с пути. Здесь эти пески называют “ходячими” песками. ...Как только поднимается ветер, песок приходит в движение; сперва он тихо стелется по земле, потом понемногу поднимается выше и выше, и наконец густыми громадными столбами, - то взвивается вверх, то быстро переносится с одного места на другое. Тогда происходит нечто удивительное, волшебное: там, где теперь высятся холмы, образуются глубокие лощины, а на место полянок, которыми мы едем, появляются высокие холмы; точно злые духи, на зло людям, адскую игру затевают... Часто заносит этими песками целые караваны, да так, что и следов никаких не сыщешь. Такими песчаными степями Средняя Азия очень богата.

А вот и другая картина. По дороге из Маргелана в укрепленный городок Уч, между отрогами Кашгар-Даванского хребта есть прелестная Шахимарданская долина.

... Протекает горный ручей Шахимардан; красиво разбросанные группы деревьев дополняют картину. К этой местности приходят большие толпы богомольцев для поклонения гробнице Али, мужа Фатимы – дочери Магомета (рис. 3). Гробница признается чуть ли не первою святынею во всей Средней Азии; она находится в глубине большой пещеры. Рассказывают, что Али, или, как его называют, Шахимардан т.е., “царь мужей”, в конце своих странствований остановился в этой долине, вошел для отдыха в пещеру и больше не возвращался. Поэтому полагают, что в пещере на всегда поселился дух мусульманского святого и что он показывается лишь изредка в полном вооружении и на коне, только для исцеления слепых, в большом количестве стекающихся сюда. Над пещерою построена высокая мечеть, а вокруг мечети разведен великолепный сад. Еще до сих пор остается неразрешенным вопрос о том, где именно покоится прах Алия, так как могил его насчитывают до пяти.

... В гористой местности укрепленный городок Уч. По своему виду он ничем не отличается от прочих средне-азиатских городов (рис. 5); за то в его стенах сохраняется великая мусульманская святыня, а именно трон царя Соломона. Внешний вид трона не представляет ничего замечательного: он сделан из карагачевого дерева и украшен грубою резьбою; когда-то, как утверждают мусульманские ученые, он был осыпан драгоценными каменьями, но от этих каменьев теперь ничего не осталось. По преданию трон Соломона занесен в коканское ханство сильнейшим ветром. Как об этом троне, так и о троне жены Соломона, прекрасной Балкыс, существуют очень поэтические сказания.