Zerrspiegel [ Search ] [ Index ] [ Edit ] [ About ]

Испытание земледельческих орудий в Кюрдамире.

Description

Статья Гасан-бека Зардаби (1842-1907) была опубликована в газете «Каспий», 1885, № 221. Также напечатана в книге: Гасан-бек Зардаби. Избранные статьи и письма. Баку, 1962.

Categories

Агроном Аджикабул Администрация Англичанин Армянин Баку Богомолье Вагон Вермишев Веялка Виноград Вице-президент Военное дело Восточные слова Географические названия Геология и минеральные ресурсы Губерния Гулишамбаров Джут Еда и напитки Елизаветполь Железная дорога, закавказская Жилище и утварь Земледелие и ирригация Капитан Загайный Кувшин Кюрдамир Маразы Машина Мелик-Бегляров Министерство Молокане Молотилка Мусульманин Начальник Немец Орудия труда Перс Платформа Плуг Поезд Политика Пристав Профессиональные группы Религия Ремесло и промышленность Россия Русский Саман Секретарь Сок Старшина Стрелков Сыгырлы Татарин Тифлис Транспорт Туземец Уджары Уезд, геокчайский Уезд, шемахинский Фирма Гена Фирма Ронсона Хатисов Хозяйство, сельское Чернявский Чиновник Шахсей Шемаха Эниколопов Этнические и племенные группы

Editor

Sh.M.

Text

4 октября. Теперь 7 часов вечера, а я с 6 часов утра на ногах, так что еле-еле строчу.

Дорогою от Баку до Кюрдамира наткнулся лишь на одно происшествие. Ехал какой-то персиянин с богомолья и на ст. Сыгырлы, где поезд останавливается на три минуты, вздумал слезть за платформою и опоздал к третьему звонку. Затем, когда поезд уже двигался, несчастный персиянин, не расставаясь с кувшином, хотел было на ходу вскочить в вагон, но сделал неловкий прыжок, попал под вагон и ему искалечило обе ноги. Несчастный умер, не доезжая до Аджикабула.

В Кюрдамир я приехал в 9 часов вечера и застал тут всех, прибывших на испытание сельскохозяйственных орудий. Тут были: вице-президент Кавказского общества сельского хозяйства г. Хатисов, секретарь общества г. Гулишамбаров, чиновник министерства г. Чернявский, агрономы – Мелик-Бегляров, Вермишев и Эниколопов и экспоненты: двое англичан – представители фирмы Ронсона и один немец – представитель фирмы Гена. Кроме этих лиц, случайно находилось тут же еще несколько человек.

Первым делом нашим было позаботиться об отдыхе. Начальник местной станции радушно предложил в наше распоряжение все комнаты кюрдамирской станции, а начальник дистанции г. Стрелков обязательно устроил для нас в двух комнатах особые нары и поставил три кровати да, кроме того, уступил нам вагон II класса. Пока аджикабульский буфетчик, прибывший в это время, готовил нам ужин, пробило 12 часов, а в час мы уже расположились и встали в 6 час. утра. В 8 часов было приступлено к испытанию.

Сад г. Исакова, где избран участок для опытов, был расцвечен флагами, тут же устроено нечто вроде триумфальных ворот, разукрашенных свежими ветками ели, в разбитых палатках расставлены столы и стулья. Плуги, накануне бывшие в пробном испытании, стояли на определенном друг от друга расстоянии, на пространстве около двух десятин. Тут были три туземных плуга – татарский, армянский и русский (молокан. сел. Маразы), далее были расставлены плуги: три фирмы Гена № 1, 2 и 3, Френе – один плуг, Ронсона – два тяжелых, два средних, два джута, египетский и индийский, и один плуг Мейнова. Далее стояли молотилки Клейтона, веялки Самойловича, и машины для раздавливания винограда и выжимания сока Беллино Френдерина.

Народу собралось порядочно, но, к сожалению, все из ближайших селений. Со стороны местной администрации присутствовали младший помощник шемахинского уездного начальника и кюрдамирский пристав.

Испытания начали с плугов туземных и затем перешли к европейским. Больше всех были заинтересованы молокане, которые, понимая о чем и что говорят, с удовольствием следили за работой и оставались до конца испытаний; мусульмане же, бросившись сначала к плугам, быстро охладели, не получая должных разъяснений, так что к концу из них остались только старшины, обязанные присутствовать по приказанию начальства.

До 2 часов продолжалось испытание плугов. Так как почва была избрана легкая, то туземцы, недоверчиво покачивая головами, говорили: «Пустили бы их на наши поля, покрытые кустарником, тогда бы мы посмотрели, что с ними случилось». В Кюрдамире и во всех близлежащих селениях, расположенных на низменности, обрабатывают почву посредством джута (соха, работающая парою, - «джут»), и поэтому здешние жители смотрели на плуги, как на вещь ненужную, а из горных местностей губернии, как я уже сказал, жителей собралось немного.

Два джута, которые представил Ронсон, отличаются от наших тем, что имеют небольшой отвал, что очень важно при вспашке, но, к сожалению, они оказались недоступны по цене. Каждый из них стоит 20 руб. и немудрено, когда за каждый из них заплачено по 7 руб. таможенной пошлины. По такой цене ронсоновский джут не найдет себе покупателей среди местных жителей, так как их собственный джут обходится им не дороже 5-6 руб.

Члены комиссии пообещали приобрести эти джуты для музея общества и местными средствами изготовить эти джуты по дешевым ценам. Плуги все работали удачно, но только, повторяю, для многих осталось тайной, чтобы Кавказское общество сельского хозяйства обратило на это обстоятельное внимание и на будущий раз выбрало местом испытания европейских плугов местность более подходящую и чтобы оно взяло на себя труд: заранее определить достоинство плугов и при испытании прямо указало на плуг, наиболее соответствующий местности. А то такое определение достоинств плугов во время публичного испытания лишило членов Общества возможности растолковать населению – для каких именно целей оно было собрано. Все ожидали, что вот-вот им что-нибудь да скажут, а гг. члены комиссии только измеряли да записывали.

К 2 часам окончилось испытание плугов, и все собрались в буфет станции. За обедом были предложены различные тосты. Г. Чернявский сказал две речи – одну за процветание Кюрдамира, другую за успех Ронсона и К в деле снабжения России сельскими орудиями. Посланы были телеграммы – одна начальнику губернии с благодарностью за содействие и другая – управляющему Закавказскою железною дорогою за радушный прием.

После обеда приступили к производству испытания молотилки. Оставшиеся к этому времени сельчане с удивлением смотрели на невиданную машину, для которой снопы были привезены из Елисаветполя. В ¼ часа успели смолотить 100 снопов. Сельчане говорили, что им неоткуда достать столько рабочих (трое подавали снопы и человек 5-6 собирали зерна). На замечание мое, что и четырех рабочих совершенно достаточно для молотилки, они отвечали, что им и этого числа неоткуда добыть. Когда же я растолковывал им, что они тут могут работать целым обществом, что молотилка может намолотить в день до 2 тыс. снопов, они ответили лаконически: «Лучше с обществом никакого дела не иметь». Молотилка вообще только удивляла сельчан, как какой-нибудь фокус, но никого не расположила в свою пользу и, главным образом, потому, что саману она не дает, а без саману нашему краю оставаться никак невозможно.

Затем приступили к испытанию веялок, которыми все остались очень довольны и, наконец перешли к машинам, раздавливающим виноград и выжимающим сок. Машины эти работали очень удовлетворительно, так что привели в восторг армян, съемщиков кюрдамирских виноградных садов.

Испытание орудий окончилось в 5 ½ часов, после чего члены комиссии отправились осмотреть сад Исакова. Об этом саде поговорю в следующем письме, а на этот раз прибавлю, что во время испытания плугов с тифлисским поездом приехал в Кюрдамир геокчайский уездный начальник капитан Загайный, сопровождаемый своими чиновниками и тотчас же уехал в Шемаху, куда, как говорят, он командирован на все время «шахсея».

Сбудется ли слух о возведении Кюрдамира на степень уездного города – не знаю, но железнодорожная администрация уже сосредоточивается в Кюрдамире. Сюда же приехал из Уджаров начальник дистанции; сюда же предполагается перевести и депо. Даже уджаринский буфетчик перебрался в Кюрдамир, где прежде и буфета не было.

ГАСАН-БЕК