Zerrspiegel [ Search ] [ Index ] [ Edit ] [ About ]

Оренбургские казаки на перегоне.

Description

Оренбургские казаки на перегоне.

НИВА, 1879, № 3, с. 49,58-59.

жанр: очерк (описание рисунка)

http://zerrspiegel.orientphil.uni-halle.de/i116.html

язык: русский

Categories

Англия Армия Батальон Верблюд Военное дело Войско Восточные слова Враг Географические названия Джигит Египет Ермолов Индия Кавалерия Кавказ Казак Киргиз Климат Конь Костюм Кочевник Культура Люди (Этнографическое описание) Новотроицк Номад Обычаи и обряды Одежда Оренбург Оружие Оценка Патриотизм Политика Профессиональные группы Русское образование Самооценка Седло Сирия Скотоводство Солдат Традиция Транспорт Туземец Туркестан Ученик Фауна Француз Халат Черкес Этнические и племенные группы Язык

Editor

AM / IF

Labels

Самооценка
Самооценка
Оценка
Самооценка
Оценка
Оценка

Text

Оренбургские казаки на перегоне.

Ни одна армия в мире не обладает в такой степени способностью приноравливаться к обстановке места действия, как наши вообще и казачьи войска в особенности.

Наш солдат быстро привыкает и к климату и к мельчайшим особенностям боевой жизни на чужой стороне - он, так сказать, удобно и легко акклиматизируется на всяком пункте земного шара, куда только не толкнет его судьба и царская воля; он быстро выучивается местному языку, легко понимает туземца и тот его понимает отлично; во всяком положении он скоро находит хорошие стороны и пользуется ими. Полезное он перенимает даже у врага и отдает ему должную справедливость, - он добродушно относится к побежденным, сходится с ними часто на дружескую ногу и всегда и всюду по своему уходу оставляет по себе добрую память.

Никогда ряды нашей армии не опустошались под влиянием местных вредных и непривычных условий, так сильно, как опустошались, таяли ряды английских войск в Индии - как гибли французы в Египте и даже благословенной Сирии. Если болезни и свирепствовали в рядах наших войск, то в тоже время еще сильнее страдало и местное население - значит тут не было места разности привычек, а влияли совсем другие причины, более общие, одинаково действующие и на туземцев и на пришельцев.

Наш солдат, раз уже ознакомившись со страной и условиями ее жизни, становится хозяином этой страны, сильным борцом со всеми местными невзгодами и лишениями. Его манера, его образ жизни, даже самый костюм, все принимает какой-то особый, местный колорит, по которому опытный взгляд тотчас же заметит и различит, например, туркестанца от кавказца, степняка от горца.

Те же самые батальоны, составленные из людей центральных наших губерний, попав в разные условия боевой жизни, настолько усваивали себе местный характер, что это принималось даже во внимание, и не бесполезно, опытными вождями (Ермолов никогда не мешал батальоны, привыкшие к горам, с батальонами равнин).

Особенно резко эта благая способность наших войск выразилась, как я уже сказал, в казаках; примером тому могу служить кубанские и терские сотни - где трудно отличить даже казака от местного джигита.

Он усвоил себе все хорошие боевые качества черкеса - его костюм, его посадку, его умение владеть оружием, понял бесполезность своей традиционной пики и бросил ее без патриотического сожаления; сперва был бит врагом-учителем, пока был сам учеником, а потом и сам стал бить врага, а, обладая при этом и лучшими нравственными качествами - стал его бить хронически.

Казаку-оренбуржцу нечего было перенимать доброго боевого у своего противника киргиза : неуклюжий халат, безобразное неловкое седло, допотопное оружие - все это далеко не представляло собою ничего соблазнительного, все это и оставлено без подражания, но за то у врага номада он нашел и перенял другие превосходные качества, качества походные, умение переносить жар и жажду, совершать бесконечно длинные и в тоже время быстрые перегоны, приспособить и выдрессировать коня для подобной цели, да и самому приспособить себя, свою голову, грудь и желудок и оренбургский казак отлично разработал и осилил эту нелегкую задачу.

Все что теперь под силу номаду, все под силу и оренбургскому казаку - кони и того и другого равны по своим способностям ...

Верблюд, необходимый спутник и друг номада в его походах - стал также спутником и другом казака. Оренбуржец оценил и понял способности корабля пустыни, он сумел справиться с этим горбатым вьюконосцем, также ловко управлять им, вьючить и развьючивать и верблюд если и замечает разницу в обращении, то, во всяком случае, эта разница в пользу казака, отношение которого к животным все-таки более человечны, чем отношения номада, варварски обращающегося не только с верблюдом, но даже со своею боевою лошадью.

На нашем рисунке представлена группа оренбургских казаков на перегоне - сделали легонький привальчик, враг недалеко, потому привал слегка, на стороже.

Умелостью, спокойствием и уверенностью дышит каждая фигура, все они точно как дома, посреди этих чуждых песков, под страшными, палящими лучами почти тропического солнца...

А очень может быть, что и году еще не прошло, когда они прибыли сюда из какого-нибудь Новотроицка, а то и еще севернее, где им приходилось не переноситься, в перегонку с ветром, по степям, легкими кавалерийскими партиями, а терпеливо тащиться с тяжелыми обозами по скучным большакам-дорогам, не выдерживать этих сорокоградусных жаров, поминутно грозящих солнечными ударами, а справляться с сорокаградусными морозами, от которых, по местному выражению, «в кочерыжку гнет и душа стынет».