Zerrspiegel [ Search ] [ Index ] [ Edit ] [ About ]

Кемал (рассказ)

Description

Институт Рукописей НАН Азербайджана

Ф.21

Оп.1

Ед.хр.183

Л. 150 а - 152 а, 157 а

Юсиф Везир Чеменземинли

1907 г., 9 августа

Ашгабад

Русский язык

Художественная литература (отрывок из рассказа из юношеского дневника)

Categories

Асхабад Безбожие Восточные слова Географические названия Гяур Жилище и утварь Изба Кемал Одежда Одежда, гаурская Оценка Политика Религия Русское образование Самооценка Училище, реальное Хан

Editor

Sh.M.

Text

Кемал (рассказ).

9го августа, Асхабад.

- Нет, ни за что не оставлю ученье, ни за какие земные блага.

Так говорил родителям ученик местного Реального училища города N. Кемал сидел на грязном окошечке родной избы, все поглядывая на больного дряхлого отца и рыдавшую молодую мать. Вдруг дверь открылась настежь и при свете солнца показались четверо детей, все оборванные, грязные и босу ногу. Их худые, загорелые лица выражали что-то ужасное. Бросив какой-то жалобный взгляд на родителей они уселись в темном углу на земляном полу, [л. 150 б.] ниже постели больного. После долгого молчания, старик открыв глаза, поднялся и опершись о грубую грязную подушкообразную вещь, начал тихим, слабым голосом:

- Кемал! Дорогой мой сын, ты видишь в каком положении находимся мы, ты видишь сколько горечей, сколько ужасов судьбы окружают нас. Я болен, нет надежды на выздоровление, семья голодает, нечем кормить, обуть и одеть малышей. [л. 151 а]. Спасенье семьи зависит только от тебя, сын мой. Слава Богу, - продолжал старик, - ты уже взрослый парень, смело можешь прокормить семью. Твои однолетки уже женились и зарабатывают хорошие деньги, а ты не смотря на нашу бедность все продолжаешь учиться…

- Отец! Отец!- грозно перебил его Кемал, - да неужели ты хочешь погубить меня, [л. 151 б.] хочешь, чтобы я лишился образования, оставил храм науки и своих любимых товарищей? Нет! отец, как уже сказано я не оставлю ученье. Ученье даст мне все…

- Ох! Сынок, - начал отец, - твои детския беседы разбивают мою больную душу, ты не хочешь слушать старшего тебя, который больше знаком с жизнью, чем ты. Я пережил времена благословенных ханов, времена, когда не было и следа науки, и дьявольских вещей, когда жилось народу сладко и [л. 152 а] беззаботно: дешевизна давала всем счастье. Мы не знали ни болезни, ни сердечные томления, ни злосчастных гяуров и их чертовских книг, ведущих к безбожию. Было счастливое время, когда молодежь была покорна и слушала со страхом то, чего не понимала и не знала, а теперь, сынок везде болезни, голод, страдание, слезы, благодаря тому, что развратились добрые старые нравы, исчезла набожность и вера в святыни (…)

[Из предсмертного письма Кемала другу]

[л. 157 а] (...) Да и как же не кончить собою, когда нет ни гроша для продолжения образования и нет благотворителей, Кто поможет мне? Все презирают за «новый взгляд», за воспитание в русских школах и за ношение «гяурской одежды»… (…)