Zerrspiegel [ Search ] [ Index ] [ Edit ] [ About ]

Следственное дело о сопротивлении полицейскому приставу

Description

ЦГИААР

Ф. 183

Оп. 3

Д. 83

Л. 20-21

Язык: русский

Тип источника: судебный документ

Categories

Аббас Кули-бек Назаров Абушбекли (село) Балабек Ханазар-бек оглы Али Мерданбеков Берданка Военное дело Гасан Али-бек Идаят-бек оглы Адигезалбеков Географические названия Геокчай Джавад Допрос Зангезур Зардоб Казаров Карадолаг (село) Кинжал Конфессиональные группы Конюшня Кура (р.) Лошадь Макар Бондер Мамед Салим оглы Наводнение Охота Пароход Патрон Полиция Право и судопроизводство Пристав Прокурор Промысел Протокол Профессиональные группы Ружье Рыба Свидетель Седак Скот Скотоводство Следователь Смотритель Старшина Стихийные бедствия Стражник Суд, окружной Транспорт Туманов Тюрьма Фауна Фольклор Халилбекли Чиновник Шемаха Шиит Шуша Эйлаг

Editor

Sh.M./S.R-T.

Text

Из протокола допроса 1906 февраля 6 дня,

Следователь I Геокчайского участка допрашивал: Нижепоименованного в качестве свидетеля с соблюдением 443 ст. уу.

Аббас Кули-бек Назаров, м. г. Шемахи,

проживающего Геокчай, шиит, 37 лет, грам.

«По поводу сопротивления, оказанном Приставу Туманову могу показать следующее: Числа 15 июня прошлого 1905 г. я, как письмоводитель с Приставом Тумановым поехали в сел. Зардоб отделение, кажется Халилбекли по служебным делам, с нами были стражники: Мамед Салим оглы, Джавад, по отчеству не известный, Макар Бондер и другие, коих я по именам теперь не помню. Там мы исполнив свои бумаги на другой день 16 числа хотели поехать в другие отделения Зардоба, но так как было наводнение по случаю разлития р. Куры, невозможно было поехать на лошадях, и тогда случайно к этой деревне подошел пароход с смотрителем рыбных промыслов Седаком. Тогда Пристав просил Седака как знакомого взять и нас на пароход и отвезти до другого отделения, на что Седак согласился, взял Пристава, меня и стражников, бывших тогда при нас.

По дороге близ сел. Абушбекли смотритель заметил на Куре с Кулазом одного обловщика и велел своим остановить пароход около Абушбеклов. Как только остановился пароход, то объездчик рыбной полиции, которого я по имени не знаю, с подопечными своими побежали в сел. Абушбекли и стали обыскивать дома и конюшни, спустя немного времени объездчик придя к смотрителю Седаку доложил, что он подозревая в одном доме икры, хочет произвести обыск, но хозяин дома (не говорит его имени) не пускает его, вследствие этого сам Седак с объездчиком пошли к тому дому и я пошел за ними посмотреть, тут было много народу, двери того дома были заперты под висячий замок. Седак предложил хозяину дома открыть двери, а тот не хотел, после чего Седак послал за Тумановым человека (он в это время сидел на пароходе) и пригласил его к себе, через несколько минут пришел г. Туманов. Седак заявил ему об ослушании, оказанном ему хозяином того дома, и далее он ему показал хозяина дома. Г. Туманов этому не говоря ни единого слова крикнул другому человеку, сидящему тогда на вышке этого дома хозяина (имени того человека не знаю) «спускайся вниз» («душ ашага»), а тот на это ему ответил, что он не здешний, а только что приехал сюда в гости. Г. Пристав второй раз крикнул ему «спустись вниз, ты сукин сын» (копай оглы), высказав эти слова Туманов выхватил берданку из рук стоявшего рядом с ним стражника Бондаря, вложив в него боевой патрон и прицелившись этому человеку сказал: «ман сана дирам аша душ, копай оглы», слова они означают «я тебе говорю, сукин сын, спускайся вниз». Нужно сказать, что, как я полагаю Приставу Туманову стало быть досадно, что человек тот, видя его издалека не встал с места и не кланялся ему как полицейскому чиновнику, а человек тот, который имел при себе кинжал, схватившись за рукоятку в начале спустился с вышки и сказал «ты с ума сошел что ли, зачем меня ругаешь, наверно, ты копай оглы, пъяный». И удалился, кинжала своего он не обнажал и ни у кого из здешних не было ружья. Пристав ни у кого там ни икры, ни рыбы не задержал и в подарок не требовал. Собравшиеся там (кажется все были абушбеклинцы) сказали Туманову, что «сделал он неправильно, что приехал в их деревню как другого уезда и губернии, они права Приставов хорошо знают и знают, что он превышает свою власть, советуем Вам уехать отсюда». Г. Туманов с Седаком, за ними я и остальные служащие вернулись назад, сели на пароход и уехали дальше. В числе лиц, находившихся в это время там я никого не знаю, а потому не могу сказать были ли они все абушбеклинцы или еще в числе их были и жители других деревень. Вот было и все дело. Больше добавить ничего не имею.

Шамахинец Аббас Кули-бек.

P.S. По этому делу было открыто следственное дело, длившееся годами. В деле несколько свидетельских показаний, лиц, участвующих в этих событиях.

Л. 39. Бланк: Прокурор Елизаветпольского окружного суда.

7 октября 1906 г.

Г. Следователю Гиндархского участка

Из возвращаемого при этом следственного производства об оказанном полицейскому приставу князю Туманову сопротивлением, видно, что жители сел. Гаджалы Балабек по отчеству неизвестный и сел. Абушбеклы Гасанали-бек Мустафа-бек оглы во 1-х, ругали «сукиным сыном», находившегося при исполнении обязанностей службы полицейского пристава кн. Туманова и во 2-х прицеливались из ружей в него и бывших с ним стражников полицейской стражи, а Балабек сверх того, набрасывался с обнаженным кинжалом на полицейского пристава кн. Туманова, почему предлагаю помянутое производство дополнить привлечением Балабека и Гасанали-бека Мустафа оглы в качестве обвиняемых в преступлениях, предусмотренных 285-286 ст. Улож. о Наказ.

Прокурор

P.S. Следственное дело и суд длились до 1913 года.

Л. 60. Выписки из Протокола Елисаветпольского Окружного Суда

от 7 февраля 1912 г.

г. Шуша

Свидетели на суд не явились:

Кн. Туманов умер, Седак, Казаров, Джават Искендер оглы, Мамед Салим оглы и др. получили повестки в другом судебном округе. Бондер не розыскан.

Подсудимые не признали себя виновными, причем они объяснили:

Гасан Али-бек Идаят-бек оглы Адигезалбеков:

Я не оскорблял Пристава Кн. Туманова ни словами, ни действием. Ко мне прибыл в гости из Джеватского уезда подсудимый Балабек. Когда мы сидели на вышке и закусывали к нам прибыл Смотритель рыбных промыслов Седак и спросил «чьи эти дома?». Я ответил что один дом принадлежит мне, а другой моему отцу и младшему брату. Смотритель Седак сказал мне, что он должен произвести обыск в тех домах, а потому предложил мне послать за братом, чтобы он прибыл и отпер двери комнаты, так как она была заперта. Я ответил, что не могу распоряжаться домом отца. После этого Седак хотел обыскать мой дом. Я ему сказал, что без старшины я не пущу производить обыска с моем доме, так как в одной из комнат хранились ценные вещи, и я опасался, что при обыске может пропасть что либо. Старшина тогда проживал в 3-х верстах от моего дома. Седок послал почему то за Полицейским Приставом, находившимся в пароходе. Последний явился в сопровождении стражников ко мне во двор и заметив на вышке гостя моего Балабека, стал ругать его, предлагал спуститься с вышки, при чем он Пристав со стражниками направили на Балабека ружья, угрожая убийством. Находившиеся тут же дети и женщины подняли шум и крик, после чего Пристав с Седаком и стражниками направились к пароходу и уехали.

Балабек Ханазар-бек оглы Али Мерданбеков:

Я прибыл в селение Карадолаг и остановился в доме подсудимого Гасан Али-бека. Подсудимый предложил мне подняться на вышку и закусить, когда мы закусывали, явился Пристав и предложил мне спуститься вниз и дать ему ключи от дома. Я ответил, что я не домохозяин и у меня нет ключей. После этого Пристав – я потом узнал, что со мною говорил Пристав, так как он не был в установленной форме, стал ругать меня площадною бранью, на что я ответил тем же и спустился с вышки. Пристав и стражники, не переставая ругать меня, направили на меня ружья. Я успел схватить за ружье Пристава. В это время собрались женщины и дети и подняли крик и шум. Зная, что Пристав не решиться стрелять в женщин и детей я попросил последних стать между мною и Приставом, чтобы он не стрелял. После этого Пристав со стражниками удалился. Опасаясь, что я подал жалобу на свои действия, Пристав возбудил против нас настоящее дело. Ругая Пристава я не знал, что имел дело с Приставом, на нем не было погонов и формы.

л. 62. Подсудимый Гасан Али-бек дополнительно показал: «Когда я Седаку отказал открыть дверь в отсутствии старшины, он мне не сказал, что пошлет за Приставом. Я Пристава совсем не знал.

P.S. (На суде была изменена статья обвинения. Было определено обвинение не в оскорблении действием Пристава Туманова, а в оказании ему сопротивления с оружием, новое обвинение повлекло за собой увеличение уголовной ответственности. Дело было направлено на доследование. Следующий суд по этому делу состоялся в феврале 1913 г).

л. 70-71. Выдержки из показания Гасан Али-бека Идаят оглы Адигезалбекова 30 апреля 1912 года:

«Я не признаю себя виновным в том, что днем 16 июня 1905 года в сел. Карадолаг Шушинского уезда оказал сопротивление находившимся при исполнении служебных обязанностей – Баргушадскому приставу Туманову и бывшим при нем стражникам и смотрителю рыбных промыслов Седаку – выразившемся в том, что выругавши вместе с Балабеком Ханзарбековым как пристава, так и его стражников – «сукиными сынами», прицеливался вместе с Балабеком Ханзарбековым из ружья как в пристава, так и бывших при нем стражников, т.е. вопросы, предусм. 270 ст. ул.

7 лет тому назад после того как пригнали свой скот на эйлаг в Зангезурский уезд и оттуда вернулся обратно в село Карадолаги для того, чтобы ехать …. Когда я находился у себя дома, перед вечером на вышке у отца моего пил чай Балабек Ханзарбек оглы. Наши дома находятся на близком расстоянии от реки Куры. К берегу подъехал пароход и на берег вышел одетый в форму смотритель, а остальные с ними лица без формы. Смотритель подойдя к нашим домам и сказал мне, что он желает произвести обыск в наших домах. Я ему ответил, что один из домов принадлежит отцу моему и дом этот заперт на замок, а ключ находится у брата, причем этот последний находится на работе. Что же касается второго дома, то дом этот принадлежит мне, и я его просил дабы он разрешил мне пригласить двух или трех почетных лиц, дабы он в присутствии лиц этих мог произвести обыск. Я с разрешения смотрителя пошел и привел 2-х почетных лиц – Сефи бека Авдил Гасанбек оглы и Ахмеда Вели оглы, проживающих в Карадолаге. Когда же я привел этих лиц, то один из находившихся в толпе вышел вперед и направил ружье к вышке и сказал: «Сукин сын Балабек, слезай на землю с вышки». Балабек в свою очередь ответил, что он бек и никто его ругать не имеет права. То лицо, которое ругало Балабека было не в форме одето. Потом оказалось, что лицо это – есть Пристав. Ни я, ни Балабек ему не оказали сопротивление. Бывшие там женщины – имена и фамилии я уже их позабыл, начали кричать, так как пристав тогда же направил ружье в эту именно сторону, где сидел Балабек. Пристав во избежание того, дабы мы на него не заявили жалобу и сам подал на нас жалобу, что якобы мы ему оказали сопротивление, я его не ругал, а Балабек только один раз его выругал «сукиным сыном», так как Пристав неоднократно его называл «Сукиным сыном». Прошу допросить моих свидетелей.

Неграмотен.

Перевод (подпись).

л. 136-137. Выдержки из показаний Балабека Ханазарбекова

от 17 февраля 1913 г.

«Я не признаю себя виновным в том, что днем 16 июня 1905 года в сел. Карадолаг Шушинского уезда оказал сопротивление находившимся при исполнении служебных обязанностей – Баргушадскому приставу Туманову и бывшим при нем стражникам и смотрителю рыбных промыслов Седаку – выразившемся в том, что выругавши вместе с Гасаналибеком Идаят бек оглы Адыгезалбековым, как пристава, так и его стражников и Седака «сукиным сынам», прицеливался вместе с Гасаналибеком их ружей, как в пристава и его стражников, также в Седака и, что он, Балабек кроме этого набрасывался с обнаженным кинжалом на пристава Туманова, т.е. в., предусм. 27-й ст. ул.

В свое оправдание показываю следующее: Несколько лет тому назад я был в селе Карадолаглы у Гасаналибека Идайятбек оглы Адыгезалбекова. На вышке этого последнего я сидел и пил чай. Вышка эта находился вблизи от реки Куры. Сидя на вышке я увидел пароход, который остановился возле пристани. Я тогда увидел вышедших на пристань многих лиц, в числе коих был Балабек Ахмед Ханбек оглы, житель сел. Зардоба Геокчайского уезда. Из парохода вышли смотритель, по имени и отчеству мне неизвестный и подошел к Гасаналибекову, стоявшему на земле и заявил, что он желает произести обыск в двух домах, один из коих принадлежит ему, Гасаналибекову лично, а другой его отцу Идаятбеку. Гасаналибек ответил тогда смотрителю, что в доме его он может произвести обыск, дом же его отца заперт на замок и брат его уехал на эйлаг «Даралагезь». В это время из парохода вышел какой-то человек, одетый не (порвано)…, … Но как именно я уже не помню, и (порвано)-, … ему «Кюпек оглы» и сказал «Слезай с вышки»… Я ему на это сказал, почему он именно меня ругает, не пьян ли он и не сумашедший, ведь я здесь в гостях и из привилегированного сословия. Лицо этот взял у стражника ружье и прямо на меня направил. Я тотчас слез с чердака и крикнул: «Ради бога не убивай меня». Я тогда спрятался в целях самосохранения. Лицо это на нас подал жалобу, так как оно боялось дабы мы раньше него не подали жалобы за действия его неправильные. Прошу допросить моих свидетелей, жит.: (названы имена и фамилии). Они могут, удостоверить, что, пристав сам направил на меня ружье, а я слез с вышки и слушался, причем пристав был не по форме одет, и я никакого сопротивления не оказал ни приставу, ни стражникам, ни смотрителю. Пристав хотел произвести в меня выстрелы, но его до этого не допустили стражники.

Неграмотен.

P.S. Из Постановления Следователя от 8 марта 1913 г.

Я, Следователь Гиндархского у., принимая во внимание, что жит. сел. Менохорлу Машади Агдел бек Абас Кули бек оглы за обвиняемых лиц внес залог в сумму 2000 руб. ( Квитаций Шушинского Казначейства за № 166 721, 166 895; Постановил :

- Обвиняемых – Балабека Ханазарбек оглы и Гасаналибека Идаятбек оглы Адыгезалова немедленно освободить из под стражи, о чем сообщить Начальнику Шушинской уездной тюрьмы.

3. III. 1913