Zerrspiegel [ Search ] [ Index ] [ Edit ] [ About ]

Б.Л. Тагеев. По пути к Памирам. Путевые записки Б.Л. Тагеева.

Description

+илл.: I. Возвращение Памирского отряда под начальством полковника М.Е. Ионова, 21 сентября 1892 г., в Кош-Карчи. С фот. грав. Шюблер.

II. Урочище Шаджан на р. Мургабе (на Памирах). Ориг. рис. С. Юдина, грав. М. Рашевский

III. По пути к Памирам. Ориг рис. (собств. "Нивы") С. Юдина, грав. М. Рашевский

http://zerrspiegel.orientphil.uni-halle.de/i455.html

1. Плотина на реке Исфайран-сай в Уч-Курганском ущелье.

2. Урочище Лянгар в Уч-Курганском ущелье.

3. Обоз на Исфайран-сае.

4. Урочище Аустан. Вид лагеря Памирского отряда.

5. Типы вьючных лошадей.

Ориг. рис. (собств. “Нивы”) С. Юдина, грав. М. Рашевский.

Нива, 1895, №10, с. 225-229

язык: русский

жанр: описание путешествия

Categories

Абдула-бек Администрация Алайский хребет Аличур (р.) Артиллерия Арча Аустан (урочище) Афганец Базарчик Бивуак Военное дело Войско Восточные слова Гарнизон Генерал-лейтенант Генерал-майор Генеральный штаб Географические названия Гон-Куль (оз.) Город и архитектура Еда и напитки Жилище и утварь Заалайский хребет Зайцев Земледелие и ирригация Зимовка Ионов Кавалерия Казак Капитан Каратиген Керекеш Кизил-су (р.) Кипчак Киргиз Китаец Кишлак Кладбище Климат Корольков Кочевник Кош-Карчи Кузнецов Культура Лошадь Маргилан Мургаб Начальник Область, самаркандская Офицер Оценка Палатка Памир Памятник Пехота Плотина Повало-Швейковский Профессиональные группы Путешественник Рашевский Ремесло и промышленность Самооценка Свен Гедин Седло Сили Сисфайран-сай (р.) Скерский Скотоводство Снег Солдат Тагеев Тенгиз-бай (перевал) Транспорт Туземец Уч-Курган Фауна Фергана Флора Ходжент Художник Шаджан (урочище) Шайка Шюблер Экспедиция Этнические и племенные группы Юдин Юрта Яшиль-куль (оз.)

Editor

AM, MB

Labels

Самооценка
Оценка
Самооценка
Оценка
Оценка

Text

Ферганская долина лежит в большой котловине, окруженной со всех сторон высокими, малопроходимыми горными хребтами с проходом в северо-восточной части, а именно со стороны Самаркандской области, у города Ходжента. Одним из самых замечательных горных хребтов, окружающих Фергану, является Алайский, через который пролегает тяжелый, но самый близкий путь к Памиру. За Алайским хребтом, как бы оторванная от него, тянется гряда почти непроходимых Заалайских гор, вечно покрытых снегом.

Гряда эта тянется вдоль течения реки Кизил-су (красной), поднимаясь на среднюю высоту до 18,000 футов и замыкая с юга долину, носящее название долины Большого Алая.

Путь через Алайский хребет, а именно через перевал Тенгиз-бай, чрезвычайно важен в смысле краткости пути к Памиру, в сравнении с другими путями сообщения, через лежащие вокруг Ферганы горы, но чрезвычайно труден и переходы через него сопряжены с большими опасностями для путешественников.

Из кишлака Уч-Курган, лежащего у самого подножия Алайского хребта, дорога втягивается в Исфайранское ущелье и, пройдя большую плотину на реке Сисфайран-сай, служащую для раздела воды между Маргеланом и кишлаками (селениями), извиваясь узкою лентой между огромными скалами, тянется то правым, то левым берегом реки Исфайран-сая.

Плотина эта имела гораздо большее значению в более отдаленные времена, когда в горах Алая часто повторялись так называемые, сили. Сили происходили от неумеренно-быстрого таяния снегов, отчего скопившаяся вода вдруг прорывалась где-нибудь сквозь снежную массу и неслась, увлекая на пути своем людей, стада и смывая глинобитные туземные постройки. Теперь же эта плотина представляет длинную гряду больших камней, укрепленных землею и деревом, тянущуюся на несколько верст по Исфайранскому ущелью.

Рисунок на стр. 228 изображает часть плотины во время перехода через Алайский хребет памирского отряда в 1892 г. в июне месяце. Далее от плотины ущелье все более и более суживается и местами доходит до того, что вьючная лошадь не может пройти со своим вьюком, ее приходится развьючивать и проводить отдельно. Много хлопот и мучений пришлось перенести обозу памирского отряда, проходя по этому ущелью. Много лошадей передохло, много тюков перетонуло в быстрой, увлекающей даже целые каменные глыбы реке Исфайран-сае, текущей с высоты 12.000 футов. Местами дорога тянется почти по самому руслу речки, по дну мрачного горного ущелья, как бы по темному, с небольшим просветом сверху коридору; одно из этих мест и представлено на рисунке. Медленно тянется конвоируемый пехотою отрядный обоз, вдоль самого берега реки, по усыпанной крупною галькою (камнем) тропе, постепенно поднимаясь все выше и выше и мужественно преодолевая все попадающиеся на пути препятствия.

До перевала Тенгиз-бай (12,000 ф.), самого огромного препятствия при движении через Алайский хребет, встречается несколько мест, особенно тяжелых для кавалерии. Из них самое серьезное представляет из себя урочище Лянгар. Этот крутой подъем, усеянный значительной величины камнями, тянется на несколько верст, то поднимаясь, то опускаясь и переходя то на правый, то на левый берег реки, по еле держащимся, узким, сложенным из полусгнившего дерева мостикам. В 1876 году здесь обоз и колонна 2-го туркестанского линейного батальона подверглись нападению разбойничьих шаек киргизов, и русские потеряли много людей и вьюков, после чего и был объявлен алайский поход, который в том же году закончился усмирением кипчаков, взбунтовавшихся, под предводительством Абдула-бека, сына Алайской царицы , Курбан-Джан-датхи.

Здесь ущелье не имеет того мертвого колорита, каким является оно в других своих частях. Тут попадается довольно часто арча (дерево из породы хвойных, напоминает нашу ель, но хвоя ее без игл) и местами встречаются кочевки и зимовки киргизов. Из самых живописных мест сильно выделяется своею красотою урочище Аустан. Среди небольшого, расширившегося ущелья раскинулся небольшой кишлачек, сильно оживляющий суровую горную природу. Приятно ласкает глаз яркая зелень тополей. Громадные камни, сорвавшиеся с окружающих ущелье гор, живописно громоздятся друг над другом, а по бока возвышаются отвесные скалы, усеянные арчею. Местами, с шумом пробиваясь между камней, бегут горные ручейки. Вот тут был один из первых биваков памирского отряда. Как живописно раскинулись палатки, ярко выделяющиеся на темном фоне и кажущиеся в сравнении с окружающими их великанами-скалами просто беленькими точками. В Аустане стоит таможенный пост, закрывающий вход в Фергану из Каратигена.

Миновав перевал Тенгиз-бай, ущелье начинает спускаться к Алайской долине. Переход по нему становится тут несравненно легче. Люди и лошади идут бодрее, и в особенности это заметно на последних. Они ржут веселее и как-то весело встряхивают лохматыми гривами. Спуск с перевала кажется им положительно ничем в сравнении с пережитыми невзгодами во время подъема, и они бодрее идут под своими тяжелыми, неуклюжими вьюками, при этом еще чрезвычайно плохо приспособленными для вьючки.

Обыкновенно, вместо вьючного седла туземцами употребляются, так называемые, гемы. Этот снаряд имеет вид большого войлочного потника, набитого соломою, с деревянным ленчиком с верхней части; гема сверху обыкновенно обита какою-нибудь прочною тканью; она никогда не снимается во время похода с лошади, и часто под нею образуется большая кровавая рана, происходящая от трения этого ужасного седла о спину лошади. Кроме того, вьючная лошадь, или, как зовут ее керекеши (возчики), “алача”, содержится крайне небрежно, почти никогда не кормится, и если на биваке есть подножный корм, то она, с грехом пополам, сыта, а если нет, что случается нередко в горах, то она несколько дней обходится и без пищи, таща по 9 – 10 пудов на спине. Много этих несчастных животных легло на долинах и на перевалах Памира в 1892 году. Не менее же жалкая участь постигает и их хозяев – керекешей. Нанявшись вести по 5 лошадей каждый, они положительно являются мучениками своего дела, и часто, потеряв всех своих лошадей, становятся совершенно нищими, не говоря уже о том, что их страшно обсчитывают подрядчики, и что каждый почему-то считает своим непременным догом дать пинка или выругать это несчастное существо.

Лошади завьючиваются вьюком, обыкновенно не тяжелее девяти пудов, и, изо дня в день следуя скорою ходою, тащат эту кладь верст по 45 и более. Эта горная, на вид измученная, забитая, киргизская лошадь не заменима в горах для перевозки тяжестей; она тут неутомима. Свободно тащит она и огромные кухонные котлы, закрывающие собою все ее туловище, за исключением головы, она же приспособляется для перевозки больных, - в этом случае две лошади ставятся одна возле другой и между ними устраиваются носилки; она же тащит ячмень для кавалерийских лошадей и т.д.

На рисунке на стр. 229, изображены вьючные офицерские лошади; они, сравнительно с обозными, завьючены чрезвычайно легко – пудов по 8. Но как быстро и прочно завьючивают своих “алача” керекеши! Раз уж он завьючит лошадь, то вперед можно быть гарантированным, что не только вьюк не развалится, но даже ни одна веревка не ослабнет.

Такой способ выработался у них вследствие необходимости прибегать постоянно к вьючной перевозке клади в горах. Тащит-тащит несчастная лошадь изо дня в день свою тяжелую ношу, пока хватает сил, и, наконец, издохнет и после смерти не перестает быть полезною своему безжалостному хозяину.

Керекеш нисколько не удивляется, видя бездыханный труп своего слуги – он знал наперед, что это должно случиться. Немедленно же он приступает к сдиранию шкуры с издохшей лошади, а затем продает мясо ее своим товарища, и на биваке у керекешей пир – жареная или вареная конина, а над ободранным остовом и над выброшенными внутренностями уже кружатся большой стаей, распустив саженные крылья, огромные орлы-стервятники.

На Памире, на левом берегу Мургаба, близ кладбища Шаджан, состоящего из нескольких могил и надгробных памятников, имеющих вид юрт, поставленных на кубические пьедесталы, стоит теперь наше укрепление, поставленное памирским отрядом в1892 году.

В этом укреплении, в приспособленных для зимовки юртах зимовал первый гарнизон отряда с начальником своим, генерального штаба капитаном Кузнецовым. Несмотря на страшные ветры и морозы, чины отряда мужественно переносили все бедствия и лишения под опекою любимого начальника, и, благополучно перезимовав, вернулись, смененные отрядом капитана Зайцева. В 1893 году вновь назначенный командующий войсками Ферганской области, генерального штаба генерал-майор Повало-Швейковский, прибыв в Маргелан, прямо отправился на Памир, произвел там зимовавшему отряду инспекторский смотр и, найдя все в весьма хорошем состоянии, выразил свою признательность начальнику отряда, капитану Кузнецову.

Отряд капитана Зайцева также благополучно перезимовал на Памире и был сменен отрядом капитана генерального штаба Скерского.

Шведский путешественник Свен-Хедин, бывший на Памире и посетивший Шаджанское укрепление, нашел там самый радушный прием. Он нашел в офицерах отряда добрых товарищей и гостеприимных русских хозяев. На рисунке, изображающем урочище Шаджан, видна часть кладбища того же имени, находящегося недалеко от укрепления, близ переправы Шаджан.

Кладбище это уже заброшено и только столетние памятники мрачно стоят среди угрюмых гор над шумящим и быстро несущим воду Мургабом. А недалеко, по соседству, возникает новое кладбище, но без памятников, а с черными или просто некрашеными крестами.

Теперь укрепление отлично устроено, поставлены удобные помещения и даже есть небольшой туземный базарчик.

В 1892 году отсюда 3-я рота охотников, сотня казаков, конно-горная батарея, двинулись к озеру Яшиль-Куль, у которого, сняв афганских пост, рекогносцировочный отряд простоял на восточном берегу 12 дней, производя рекогносцировки. При впадении в озеро, река Аличур образует дельту, по правому берегу которой бьет множество горячих и теплых источников. Самый горячий источник в 70° R. Благодаря осадку свободной серы, прибрежные камни получили золотистый оттенок и красиво выделяются среди пенящейся воды Аличура. Источники эти весьма чтимы, как у киргиз, так и у стоявших здесь сначала китайцев, а потом афганцев. Отряд же утилизировал их под бани. Над одним из таких источников была поставлена юрта, которая настолько наполнялась паром, что в ней было даже достаточно жарко. Солдаты, пользуясь даровой горячей водой, мыли белье, палатки, да и весь отряд чуть не ежедневно парился. На рисунке, изображающем горячие ключи близ озера Яшиль-Куль и его дельты, видна слева часть юрты, служившей баней, слева дельта р. Аличур, а прямо белеется полоса озера, окаймленного снежными горами.

Простояв на Памире до 3 сентября и поставив второе укрепление на озере Гон-Куль, отряд выступил в Маргелан, куда и прибыл 21 сентября.

И так, первая экспедиция на Памир вполне организованного отряда, составленного их трех родов оружия, прошла блестяще. Пехота показала себя такою, какою всегда была в русской армии. Кавалерия и артиллерия, несмотря на невозможно тяжелую дорогу, сберегла лошадей и орудия. И в заключение отряд получил вполне заслуженное спасибо от, встретившего его в Маргелане, бывшего тогда командующим войсками, генерал-лейтенанта Королькова.